Документальные книги читать онлайн бесплатно. Страница 166
Читать Документальные книги онлайн бесплатно и без регистрации. Все книги жанра полностью (целиком), на сайте электронной библиотеки vse-knigi.club.
-
Краткое описаниеЗаза Цквитария - Берия без лжи. Кто должен каяться?Прототипом главного злодея из фильма «Покаяние», с которого стартовала проклятая перестройка, был Л.П. БЕРИЯ. Его убийством завершилась великая Сталинская эпоха, его дискредитация стала началом конца СССР. Убийцы не ограничились физическим устранением Берии — они попытались втоптать в грязь его честное имя. Ни на одного другого государственного деятеля за всю историю России не выливали столько помоев, даже на Сталина! Лаврентия Павловича сделали не просто «козлом отпущения» за все грехи советской власти, подлинные и мнимые, — его демонизировали, превратив в главное пугало антисталинской пропаганды: он-де и палач, и «фашистский агент», и насильник, и сексуальный маньяк, разве что не людоед!Эта книга бросает вызов 60-летней лжи, разгребая завалы клеветы и фальсификаций. Это — первая грузинская биография Берии, проливающая свет на малоизвестные страницы его жизни и воздающая ближайшему соратнику и наследнику Вождя по заслугам. Ведь когда сравниваешь титанов великой Сталинской эпохи с нынешними политическими пигмеями, поневоле задаешься вопросом: кто перед кем должен каяться?
Берия без лжи. Кто должен каяться?
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеВиктор Буганов - ПугачевВ книге известного советского историка рассказывается о предводителе Крестьянской войны 1773—1775 годов, донском казаке Е. И. Пугачеве. В книге на богатом документальном материале воссозданы события Крестьянской войны, ее причины, ход, итоги, историческая обстановка, в которой она происходила.Пугачев
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеРобин Коллингвуд - Идея историиКак продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)
Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).
Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).
Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».
Идея истории
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеВадим Эрлихман - Граф Дракула: Тайны князя-вампираИсторические документы и народная память сохранили и донесли до нас образ настоящего Дракулы, господаря Валахии Влада Цепеша — неукротимого властолюбца, твердого государственника, вся жизнь которого прошла и бесконечной и безжалостной борьбе с внешними и внутренними врагами. Но почему именно Дракула, ничем особенным не выделявшийся среди правителей своего времени, на века стал воплощением злодея, дьявола в человеческом обличье, а потом и чудовища-вампира? Что это — фатальное невезение, «черный пиар» врагов или справедливое наказание для тирана, убившего, по мнению некоторых авторов, до ста тысяч невинных людей?Знак информационной продукции 12+.
Граф Дракула: Тайны князя-вампира
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеВальтер Беньямин - Московский дневникВальтер Беньямин (1892–1940) – фигура примечательная даже для необычайного разнообразия немецкой интеллектуальной культуры XX века. Начав с исследований, посвященных немецкому романтизму, Гёте и театру эпохи барокко, он занялся затем поисками закономерностей развития культуры, стремясь идти от конкретных, осязаемых явлений человеческой жизни, нередко совершенно простых и обыденных. Комедии Чаплина, детские книги, бульварные газеты, старые фотографии или парижские пассажи – все становилось у него поводом для размышлений о том, как устроена культура. Его исследования о литературе – о Бодлере, Кафке, Прусте, Лескове – оказывались неизмеримо шире традиционного литературоведения. Беспокойная натура привела Вальтера Беньямина зимой 1926–1927 года в Москву, встреча с которой сыграла важную роль в его судьбе.Московский дневник
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеВасилий Аксенов - Ленд-лизовские.Lend-leasingНеоконченный автобиографический роман о детстве и юности — это портрет совсем еще юного Аксенова, увиденного им самим с высоты прожитых лет. Это памятник эпохе богатырей, чья молодость пришлась на ужасные годы Великой отечественной и чью судьбу определила война на годы вперед. Роман выходит с короткими предисловиями коллег и друзей писателя, каждый из которых вспомнил об авторе что-то очень личное и доброе, словно по кирпичикам воссоздавая образ Аксенова — философа, стиляги, борца и просто очень обаятельного человека.Ленд-лизовские.Lend-leasing
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеПолина Жеребцова - Доклад о военных преступлениях на территории Чеченской республики 1994-2004 г.г.Этот мой Доклад — для всех кто изучает историю. Многие спорят: был ли геноцид русских в Чечне? В какие годы? Правозащитники видят только одних «пострадавших». А пострадали ВСЕ (!) жители Чечни.Конечно, мало кому нравится правда. Одни хотят забыть, потому что на них лежит вина за совершённые преступления. У других болит душа от невысказанности, от чувства долга перед теми, кто не может себя защитить.
Я расскажу как свидетель: что случилось в Чеченской Республике в 1994–2004 гг. на самом деле. Может быть потомки разберутся, поймут, как преступные действия властей ведут к кровавым развитиям событий среди дружественно соседствующих народов.
***
Жеребцова П. В., независимый эксперт по положению мирных жителей во время военных конфликтов 1994–2004 г.г. в Чеченской Республике, автор документальных Дневников военного времени, уроженка города Грозного.
Доклад о военных преступлениях на территории Чеченской республики 1994-2004 г.г.
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеМарина Скрябина - Память сердцаМарина Александровна Скрябина — младшая дочь композитора Александра Скрябина.«Мои первые воспоминания восходят к далеким-далеким временам, когда мне не было еще и трех лет. Мой отец покинул этот мир, когда мне было лишь чуть больше четырех, но, к счастью, я сохранила очень отчетливо его образ. Мои первые воспоминания представляют собой разрозненные картины, запечатленные в моей памяти, я сама не знаю почему, ведь они очень далеки от того, чтобы регистрировать события выдающиеся…»
Память сердца
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеПавел Полян - Свитки из пеплаЧлены «зондеркоммандо», которым посвящена эта книга, суть вспомогательные рабочие бригад, составленных почти исключительно из евреев, которых нацисты понуждали ассистировать себе в массовом конвейерном убийстве сотен тысяч других людей – как евреев, так и неевреев. Около ста человек из двух тысяч уцелели, а несколько десятков из них написали о пережитом (либо дали подробное интервью). Но и погибшие оставили после себя письменные свидетельства, и часть из них была обнаружена после окончания войны в земле близ крематория Аушивца-Освенцима.Композиция книги двухчастна. Первая – сугубо авторская – посвящена самому лагерю уничтожения и «зондеркоммандо» как беспримерному историческому и психоэтическому феномену. Вторая предоставлена самим летописцам и являет собой антологию, составленную из их произведений (тех частей, что поддались прочтению и переводу).Свитки из пепла
Прочая документальная литература -
Краткое описаниеПавел Яковенко - ХарамиПредисловие от сборника, в который вошло данное произведение и повесть «Снайпер»Этот рассказ автором выстрадан. Каждый абзац в нем соткан из острых переживаний, из непреходящей боли и опаленных войной мироощущений… Снайпер Саша Куценко выжил в Чечне, но сердце его зачерствело и наполнилось неутолимой жаждой жестоко разбираться с обидчиками. Он привозит в родной город трофейную снайперскую винтовку и с ее помощью вершит свой страшный суд. Кто прав, кто виноват — определяет лишь его истерзанная войной душа.
Харами
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеФедор Раззаков - Век террораПочему наш век именуют «веком террора»? Что побуждает человека к убийству? Каким образом совершается террористический акт? Что и кто способствует или мешает его свершению? Почему одного убивают 15 раз и он остается жив, а другой погибает от первого выстрела? Автор дает ответы на эти вопросы, рассказывая о крупнейших покушениях нашего века.Век террора
Прочая документальная литература -
Краткое описаниеВалерий Осипов - Тайна сибирской платформыУвлекательно написанная художественно-документальная повесть о добыче алмазов в ЮАР, англо-бурской войне и об открытии якутских алмазов.Иллюстрирована прекрасными рисунками художника С. Куприянова. Предисловие Ив. Ант. Ефремова.Тайна сибирской платформы
Прочая документальная литература -
Краткое описаниеАлексей Мясников - ЗонаОбыск, арест, тюрьма — такова была участь многих инакомыслящих вплоть до недавнего времени. Одни шли на спецзоны, в политлагеря, других заталкивали в камеры с уголовниками «на перевоспитание». Кто кого воспитывал — интересный вопрос, но вполне очевидно, что свершившаяся на наших глазах революция была подготовлена и выстрадана диссидентами. Кто они? За что их сажали? Как складывалась их судьба? Об этом на собственном опыте размышляет и рассказывает автор, социолог, журналист, кандидат философских наук — политзэк 80-х годов.Помните, распевали «московских окон негасимый свет»? В камере свет не гаснет никогда. Это позволило автору многое увидеть и испытать из того, что сокрыто за тюремными стенами. И у читателя за страницами книги появляется редкая возможность войти в тот потаенный мир: посидеть в знаменитой тюрьме КГБ в Лефортово, пообщаться с надзирателями и уголовниками Матросской тишины и пересылки на Красной Пресне. Вместе с автором вы переживете всю прелесть нашего правосудия, а затем этап — в лагеря. Дай бог, чтобы это никогда и ни с кем больше не случилось, чтобы никто не страдал за свои убеждения, но пока не изжит произвол, пока существуют позорные тюрьмы — мы не вправе об этом не помнить.
Книга написана в 1985 году. Вскоре после освобождения. В ссыльных лесах, тайком, под «колпаком» (негласным надзором). И только сейчас появилась реальная надежда на публикацию. Ее объем около 20 п. л. Это вторая книга из задуманной трилогии «Лютый режим». Далее пойдет речь о лагере, о «вольных» скитаниях изгоя — по сегодняшний день. Автор не обманет ожиданий читателя. Если, конечно, Москва-река не повернет свои воды вспять…
Есть четыре режима существования:
общий, усиленный, строгий, особый.
Общий обычно называют лютым.
Зона
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеМакс Хейстингс - Вторая мировая война. Ад на землеВ Европе «Вторая мировая война» британского военного историка Макса Хейстингса – самый известный и авторитетный однотомник об этой войне. В динамичном, захватывающем повествовании Хейстингс виртуозно сочетает масштабность видения с выразительностью деталей. На гигантском полотне отчетливо и ярко различимы подробности сражений и экономики воюющих стран, логистика снабжения армий, политические портреты и зарисовки во французском Генеральном штабе, в Белом доме, в Министерстве по делам колоний или в ставке Сталина. Подлинные жемчужины книги – личные документы, письма, дневники, воспоминания самых разных людей – от простых солдат до известных писателей, таких как Василий Гроссман, Илья Эренбург. В соединении памяти людей и документов перед нами предстает страшная и убедительная история самой чудовищной войны в человеческой истории.Вторая мировая война. Ад на земле
Прочая документальная литература -
Краткое описаниеЛайон Де Камп - Лавкрафт: БиографияСтрах — одно из самых древних и распространенных человеческих чувств. Естественно, мировая литература уделила страху немало внимания. Одним из писателей, чей вклад в «ужасный» жанр особенно значителен — американец Говард Филлипс Лавкрафт, которого считают одним из основателей современной литературы ужасов. Другой известный американский фантаст, Лайон Спрэг де Камп, «возродивший» Конана-варвара, в 1975 году выпустил подробную биографию Лавкрафта.Лавкрафт — довольно сложная и противоречивая личность, но написать толковую книгу о нем непросто. Есть авторы, писать о которых одно удовольствие — в их жизни происходило немало ярких событий. Лавкрафт большую часть жизни он сидел на одном месте, и писал, писал, писал… Причем, не только книги, но и письма — его эпистолярное наследие колоссально. Будь во времена Лавкрафта интернет, он бы, наверное, не вылезал из блогов и форумов!
Впрочем, Спрэг де Камп, как настоящий творец, с успехом смог проникнуть в душу своего знаменитого «предмета». Причем, не принижая значения Лавкрафта для мировой литературы, но и не возводя его на невероятной высоты пьедестал: «Его Миф Ктулху — вымысел, стоящий в одном ряду со Страной чудес Льюиса Кэрролла, Барсумом Берроуза, Зимиамвией Эддисона, Страной Оз Баума, Гиборейской эпохой Говарда и Средиземьем Толкиена».
Одна из главных проблем биографического жанра — конфликт между внешней занимательность и научной достоверностью. Книга Де Кампа по-настоящему интересна и по-хорошему художественна, в то же время — перед читателями вполне грамотное литературоведческое исследование, хоть и небесспорное.
Лавкрафт: Биография
Биографии и Мемуары -
Краткое описаниеАнри Труайя - Грозные царицыНа этих страницах вас ждет увлекательное повествование, посвященное эпохе дворцовых переворотов в России. Этот интереснейший период в истории страны еще называют «эпохой женской власти». Три императрицы и одна регентша правили великой державой на протяжении тридцати семи лет. При всей несхожести судеб Екатерины I, Анны Иоанновны, Анны Леопольдовны и Елизаветы Петровны их объединяло одно: во внутренней и внешней политике они чаще всего руководствовались только личными чувствами и капризами.Талантливый романист и известный биограф Анри Труайя рассказывает о судьбе этих цариц, оказавших большое влияние на становление российского государства, но оставшихся мало известными: их затмила слава Петра Великого и Екатерины Великой, которая унаследовала от них престол.
Автор воссоздает живую и яркую картину России XVIII века – империи, которая держалась на власти оружия и женщин.
Грозные царицы
Биографии и Мемуары