Александр Кеслер - Недетские сказки. (Юмористическая фантастика). Страница 6

– Неужто, всё твоё?

– Ага. Моё.

– А что же ты, едрёна кочерыжка, от таких богатств в нашу глушь подался?

– Не поверишь, Ваня – скучно стало. Захотелось чистого воздуха глотнуть. А он, только в вашей лапотной Руси и остался…

– Понимаю, – важно кивнул Стрелок, – и кровушки свежей заодно похлебать, так сказать – два в одном.

– Обижаешь.

– Повторяешься. Мы с тобой давеча эту тему уже обсуждали. Хотя, я тебя понимаю, это ж не занюханная Европа. У нас простор и для души утешение.

– Души у меня нет, – вздохнул вампир. – Ну да ладно, возьмем пару камешков для взятки и будем из тебя солидного мужа делать.

– А я кто? – нахмурился Иван.

– Ты? Ты, Ваня, пока самец примитивный. А настоящий мужик это тот, кто имеет деньги. Не будем время терять – полетели.

Прибыли они во дворец, не такой большой как у Владика, но тоже неслабый. В нём местный король жил со слугами. Вампир сразу Ивана в канцелярию потащил, там перед бюрократами камешками посверкал, чего-то на непонятном языке полопотал и вот результат – через десять минут вручил Стрелку свиток, где на всех известных языках значилось, что Иван вдовий сын на самом деле князь мадьярский и одних душ крепостных у него десять тысяч.

– Нормально, Иван? – спросил вампир.

– Отлично, Владик!

– Ну, а коли отлично, то за сим мы с тобой и простимся, поскольку свои обещания я выполнил.

– Э нет, – усмехнулся Иван и легонько так колом осиновым вампира в задницу ткнул. – Ты обещал меня к царевне доставить. Доставишь, а там посмотрим.

– Экий ты неугомонный, – посетовал вампир, – ну зачем тебе эта простоволосая дура. Видел, какие здесь девочки гуляют? Выбирай любую.

– Это не девочки, а селедки костлявые. Мне русская красота милее, чтобы грудь арбузная, а тыл на телеге не объехать!

– Дурной вкус, – поморщился вампир, – ладно. Как знаешь.

* * *

Как говорится – быстро сказка сказывается… Но только на следующую ночь возвратил Владик Ваню домой.

– Ну что, Иван? Вон башня, где царевна томится. Лететь али нет?

– Чего зря спрашиваешь, бэтмен? Лети, конечно.

Подлетел вампир к окошку, выбил лапами бычий пузырь и перед царевной затормозил.

– Прибыли, Стрелок!

Охнула от неожиданности Марьяна, как гостей увидала, и на пол шлёпнулась. Глаза у неё, как блюдца сделались.

– Проклятье, – процедил Владик, глядя на царевну, – сдаётся мне, Иван, что невеста твоя больная. Что у неё с лицом? Уж не чёрная ли эта оспа?

– Дурак ты, ваше благородие, – рассмеялся Стрелок, – это же самый цимес! Прыщи! Созрела, значит, девка!

– Ладно, – кивнул Владик, – умом вас точно не понять. Полетел я, пока не рассвело.

– При одном условии, что в наших краях более духу твоего не будет!

– Но, Ваня, после всего, что я для тебя сделал?

– Учти, поймаю в нашем лесу – всажу осиновый кол тебе в задницу и будешь на солнышке жариться, покуда истлеешь. И не сумлевайся – рука не дрогнет. Так, что на скорую смерть не рассчитывай, как и на то, что помилую!

– Хорошо, более не встретимся, – скрипнул зубами вампир, поняв, что Ванька на всю голову контуженый. Видать, последствия его боевых походов сказались на здоровье, а может он таким по жизни был?

– Это правильный ответ, а пса своего болотного мне оставь.

– Тебе-то зачем мой Неадекват сдался?

– А я его другому кровососу за пять целковых сторговал, – рассмеялся Иван.

Владик только рукой махнул и в окошко вылетел.

Пришла в себя Марьяна-царевна и спрашивает у Ивана:

– Кто ты, прекрасный юноша?

Иван не растерялся.

– Я, – говорит, – жених твой. Прибыл сюда, чтобы из неволи тебя высвободить да на брачное ложе отвести.

Прыщавая невеста как услыхала про брачное ложе, так сразу же к Стрелку на шею бросилась и давай целовать и гладить. По всему видать, стосковалась по браку девка. Одним словом, любовь у них такая приключилась, что всем на зависть.

Царь чуть было всё не испортил. Ему доложили, что в башню какой-то ловкач залетел, вот он и ворвался туда со стражниками. Увидел Ивана и чуть не кончился от злости. «Как?! – орет, точно его черти плетьми хлещут, – посмел ты, смерд голозадый, такую крамолу учинить?! Это же не девка дворовая, а царских кровей невеста!»

Но тут Стрелок из штанов свою геральдику извлёк и царю с поклоном подал. Прочёл государь и в лице переменился. В тот же день свадьбу сыграли. И так Иван царю понравился, что переписал он на него полцарства и главным воеводой назначил.

А ещё через неделю Стрелок с молодой жинкой к Фомке-упырю наведался. Идут они степенно, а на поводке у них Неадекват. И такой страшный этот зверь был, что облысел от ужаса Фомка и взмолился:

– Ваня, убери скорее от меня это чудище!

Отвечает Иван:

– А кто мне за злого хоря пять целковых обещал? Вот он – принимай!

– Я тебе десять дам, только убери!

– Уговор дороже денег, – насмехается Стрелок, – бери хорька за пять, как сторговались. Мне чужого не надо.

От страха лютого повалился на землю Фомка и зарыдал.

– Не мучай убогого, Ваня, – вступилась за соседа Марьяна. – Фу, Неадекват! К ноге! – а сама прижалась к мужу и говорит:

– Пойдем домой, ты мне ещё ту историю, про казаков недорассказал…

Так себе и ушли молодожены со зверюгой страшной, а Фомка долго ещё лежал ни жив ни мертв и удивлялся: «Неужели нашёлся человек, что добровольно согласен истории Стрелка слушать?»

И невдомёк ему было, что настоящую любовь Иван повстречал. А для любящего человека…

А, ладно, к чему прописные истины говорить. Целый месяц на свадьбе Ивана народ гулял. И я там был, двенадцать раз до комы напивался, а сейчас, наконец, вырвался и вам всю историю, как есть обсказал. Чтобы и вы за Ивана Стрелка порадовались. Вот!

На этом сказке нашей конец, а дальше – сущая правда начинается. Жили Ванька с Марьянкой душа в душу, трое сыновей у них родилось. Царь вскоре помер, а Иван титул и царство унаследовал, как прямой родственник по линии жены. Правил он справедливо – народ свой не зобижал, а сыновей в спартанском духе воспитывал, но похохмить любил.

Как сынки малость подросли, так стал он их гонять, чтобы увальнями да домоседами не были. То за яблоками молодильными в заморское королевство пошлёт, то вообще туда – незнамо куда, чтобы принесли то – незнамо что, или ещё за какой хренью. Мало ли на земле разной хрени.

А как пришло им время жениться (это Иван в бане определил, что пришло), то выдал он им по луку, по одной стреле именной и послал в чисто поле…

Только, это уже совсем другая история.